Евгений ЯКУНОВ: Восстание воров. Что ждет Украину?

aa399b60a5320f71a9b3a

Когда это случится? Может быть, то, что происходит в Мукачево, Одессе, Ривненской области, — это уже начало? А может, это случится в будущем году?

…Что-то все это напоминало.

Мы — о «народном» штурме погранзаставы в Ривненской области из-за попыток угомонить янтарных нелегалов. Не так ли год назад начиналось АТО? Как и положено, женщины и дети — в первых рядах атакующих. Выломанные ворота, камни в погранцов, раненые… Разве что обошлось без призывов «Путин, приди!». Хотя на покровительство рассчитывали. Всегда найдется, кому показать: «Батя, я стараюсь!»

Не просто так Захарченко с Плотницким пытаются представить бандитский захват Донецка и Луганска своеобразным «майданом». Это и был майдан. Майдан воров. Революция коррупционеров. Восстание кидал, испугавшихся, что новая власть укажет на них пальцем. Воры вооружились, поднялись на баррикады, воры развязали войну. Воры стали квази-государством. Как в Колумбии.

То, что все пока ограничилось Лугандоном, совсем не значит, что украинское общество победило воровской общак. Лугандонские кидалы просятся назад, в Украину, — потому, что увидели перспективу.

Борьба с коррупцией у нас идет своим чередом. Есть вывеска «Национальное антикоррупционное бюро», есть директор. Идут дебаты о составе комиссии по подбору кандидатуры антикоррупционного прокурора. И надо же, когда уже все утрясли, и половину этой комиссии, по всеобщему согласию, должны были составить выдвиженцы от прокуратуры, — как чертик из табакерки появился Сакварелидзе и нашел (возможно, у тех самых выдвиженцев) «бабушкины» бриллианты. Если бы не он, какая была бы расчудесная перспектива…

…Мы собирались лечить общество, воткнув в вену иглу, зараженную ретровирусом.

И только, когда грузинский варяг показал всем нам, что король голый, короли зашевелились, и даже попытались арестовать самого Сакварелидзе. Мол, не по правилам все он делал.
Вот дальше все пошло по правилам: суд отправил подозреваемых по домам за смехотворный залог в пару-тройку миллионов гривен. Это, как говорят знатоки, один занос в кабинет.

Вся эта внутренняя Лугандония, все эти закамуфлированные под «своих» захарченки и моторолы, сурковы и путины просто насмехаются над нами. Разрушают страну, почти не прячась, нагло и безнаказанно.

Очень широк круг этих людей. Если сейчас, как в том фильме о вампирах и ведьмах, кто-то потусторонний скажет: «Всем выйти из сумрака!», то мы увидим тьмы и тьмы, и тьмы… Они пока не выходят на свет и не вынимают оружие из ножен. Им пока не нужна своя революция, они и так имеют все.
Когда-то известный украинский психолог Валентина Гуриевская сказала интересную вещь. Коррупционерами становятся ведь не отбросы общества, а люди креативные, желающие самореализоваться, рисковые. И открытое воровство, и сопутствующая ему жизнь на широкую ногу — это демонстрация своего бесстрашия. Американские социологи Джозеф Гиз и Эндрю Поттер условно назвали это «капитализацией крутизны».

Современные воры — отличные организаторы и коммуникаторы, они умеют себя подать, а потому нравятся журналистам и избирателям. Они чувствуют себя Штирлицами в собственном государстве. Они своего рода элита, награждающая друг друга виртуальными почетными званиями: «За лучший кидок», «За заслуги перед мафией», «Ударник распила бюджета 2014 года». Это люди с рациональным складом ума, который заменяет им совесть, мораль и альтруизм. Именно они — те самые прагматики, которых мы почему-то так долго ждали. Ибо формула прагматизма, выработанная его теоретиками в конце 19 века звучит приблизительно так: «Правильно и оправдано то, что полезно для меня».

Они всегда выигрывают там, где играют «по правилам». Или точнее по «понятиям». Сакварелидзе, вломившись в их кабинеты, нарушил не законы Украины. Он наплевал на «понятия»! И это стало для многих неприятным открытием.

«Правый сектор» в Мукачево, он тоже, вроде бы, поступил смело (если действительно — давайте на секунду в это поверим — действовал из благих побуждений). Но все, что он натворил, делал по очень близким для воров лекалам: «стрелки», «терки», «предъявы», «джипы» и «базуки». И никаких неожиданностей. А с помощью гранатометов группа Авдышевых пыталась разобраться с братьями Савлоховыми еще в середине 90-х. В центре Киева. И без всяких АТО.

На любую частную армию, всегда найдется другая частная армия. И в стычках между ними обычно смерть косит рядовых бойцов (если хотите, «боевиков»), а дону Карлеоне и Счастливчику Лучано хоть бы что. Эту шкуру из гранатомета не пробьешь.

Воров надо заставить выйти из сумрака. Разбередить их сытую жизнь, разозлить, заставить, как впившихся в тело клещей, шевелиться. Лишить их главного удовольствия и защиты — статусности.

Как? Возможно, придать статусность ценностям, которые нельзя купить за деньги. Запомнилась реплика Любомира Гузара в ответ на «рейтинг самых влиятельных людей Украины», опубликованный в одном из журналов. А на что они влияют, эти, «влиятельные», вопрошал Блаженнейший,- на мораль? на совесть? на культуру?

Увы, только на финансовые потоки.

Значит надо сделать так, чтобы влиятельной считалась честность, а не ложь и воровство. Чтобы признаком крутизны были не загородные замки, а способность отдать нуждающемуся последнее. Чтобы круто было добираться на работу в ВР не на представительском лимузине, а на общественном транспорте. Довести их до жизни прячущего свои сокровища в чемодане подпольного миллионера Корейко. И тогда они выползут.

Рецептов есть много. Например, такой: клятва на Библии в присутствии судьи или присяжных. Помните: «Правду, только правду и ничего кроме правды»? Имущественные декларации, автобиографии, дипломы и докторские степени — только через клятву. Для верующих произношение ее будет сродни катарсису. Для неверующих — ввести уголовную ответственность за клятвопреступление (лет 10 тюрьмы). За малейшую ложь под присягой. Такое практикуется в Америке. У наших предков в Великом княжестве литовском за клятвопреступление шляхтича лишали титула, земли, собственности, а его детей отцовской фамилии. Виновного причисляли к классу «лихих людей», запрещали выступать в качестве свидетелей и заключать договора.

Это заставит воров говорить правду, то есть — выйти на свет.

Есть еще одно предложение — тоже из американского опыта. Провести законом принцип презумпции виновности коррупционера в гражданских процессах. Что это значит? А то, что любой гражданин может публично обвинить политика или чиновника в воровстве, вымогательстве или крышевании преступного бизнеса. И не обвинитель, а обвиняемый должен искать аргументы в свою защиту — раскрывать финансовые документы и содержание переговоров, искать алиби. В США такими правами обладают независимые СМИ.

Наконец, третье. У нас уже есть реестр коррупционеров, и это хорошо. Но попадание в реестр должно означать для коррупционера серьезные неудобства. Например, ограничение права на неприкосновенность жилища, собственности и личности. То есть «реестрового коррупционера» может хоть среди бела дня, хоть ночью поднять полиция и допросить. Или устроить обыск в квартире, или без дополнительного ордера отследить все его финансовые потоки. Раз попавшийся на коррупции должен пожизненно оставаться под увеличительным стеклом общества.

И еще одно, возможно, самое существенное: надо вызвать воровской протест введением запредельных наказаний.
Один российский психолог вывел «формулу коррупционного риска». Звучит она так: чтобы отвадить чиновника от воровства, сумма годового коррупционного дохода (А) должна быть меньше, чем сумма штрафа (В) или другого имущественного наказания, умноженная на вероятность привлечения его к ответственности (С). То есть: А<ВС.

Переведем это в наши реалии. В прошлом году, по данным Генпрокуратуры, был задержано более полутора тысяч коррупционеров. Численность потенциальных участников коррупционных действий (государственных и муниципальных служащих) составляла в 2014 году приблизительно 400 тысяч человек. То есть реально система юстиции может наказать лишь 0,4% проворовавшихся чиновников в год.

Дальше. Представим себе, что за год чиновник получил 1 млн гривен нечестного дохода. В таком случае, чтобы определить минимальную сумму имущественного наказания, надо доход разделить на вероятность привлечения к ответственности (В= А:С). Разделив 1млн на 0,004 (что эквивалентно 0,4%) получим ни много, ни мало — 250 млн. гривен штрафа! Ну и такой же может быть величина судебного залога, как альтернативы пребывания в СИЗО.

Если исходить из того, что по антикоррупционному законодательству 700 тыс. грн. штрафа в среднем приравнивается у нас к одному году тюрьмы, то, разделив 250 млн на 700 тыс, выясним, что, украв миллион, отечественный коррупционер должен сесть на 357 лет!

Вот! Только такой срок, считает психолог, может напугать чиновного вора.

И еще о нетрадиционных мерах. Пример с ворами в прокуратуре показал, что пора забыть о вежливости и предупредительности. Война, это когда противника уже не предупреждают перед тем, как встретить огнем: «Стой, кто идет? Стой, стрелять буду…» Уже напредупреждались. В Крыму.

Бить надо на опережение, без прелюдий переводя игру в миттельшпиль. Забыть, что коррупция это «тихое» преступление, без крови и убийств, и «вопросы передела контрабанды, как сказал один закарпатский чиновник, надо решать законным путем». Забыть о сомнениях: а вдруг самим приспичит «прибегнуть», и не опасно ли сжигать мосты? Выбросить из головы ненависть исключительно к крупной наворованной роскоши: маленький, но построенный на украденные деньги домик — тоже преступление.

Движение в Европу породило бунт рабов на востоке страны. Борьба с коррупцией неминуемо спровоцирует восстание воров по всей Украине. Жестокое, с использованием не только гранатометов, но и портновских законов, «ватной» протестной демократии, бесплатных СМИ, затаившегося «беркута». И только тогда мы поймем, какая огромная армия орков стоит перед нами, увидим, как двинутся на наши позиции батальоны продажных судей, скрывающих истинные лица под плащами-мантиями, прокуроров и милиционеров с пятнами на мундирах, артиллерийские расчеты жуликов из условной таможни и налоговой, легкая пехота клерков горсоветов, бронетанковые бригады банковских махинаторов.

Когда это случится? Может быть, то, что происходит в Мукачево, Одессе, Ривненской области, — это уже начало? А может, это случится в будущем году? Готово ли государство с нашей и Божьей помощью подавить грядущий бунт?

Не знаю. Понятно одно: если воры поднимутся войной на государство, это значит: они почувствовали приближение своего конца.

Спрут выныривает из глубин подыхать.


Джерело: http://glavpost.com/post/15jul2015/blogs/52217-evgeniy-yakunov-vosstanie-vorov-chto-zhdet-ukrainu.html?_utl_t=fb

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Website Protected by Spam Master